К ВАШИМ УСЛУГАМ:
МагОхотникКоммандерКопБандит
ВАЖНО:
• ОЧЕНЬ ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ! •
Рейтинг форумов Forum-top.ru

CROSSGATE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSGATE » - потаенные воспоминания » Just nod your head and give up


Just nod your head and give up

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Just nod your head and give up
http://savepic.net/6377174.jpg
[Dune]

Отряд Харконненов выследил в пустыне Пола и Джессику Атрейдес; но тем удалось уйти. Защищавшие наследника люди и фримены были частично схвачены, частично убиты. И все оставшиеся в живых участники событий были вынуждены прятаться от песчаной бури в той самой Лаборатории, где недавно отдыхал Пол с матерью.

участники: Фейд-Раута Харконнен (Логан); Дункан Айдахо (Магнето)
время: незадолго после того, как приказом падишах-императора Коррино Шаддама IV Арракис был передан во власть дома Атрейдес. Фактически момент перехвата власти домом Харконнен.
место действия: одна из многих Имперских Экологических Испытательных Станций в пустыне Дюны.
предупреждения: испепеляющий уровень пафоса и мордобой; возможны пытки

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]

Отредактировано James Logan (2015-02-26 03:34:04)

+2

2

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Сардаукары...
Как-то Владимир говорил, что дом Харконнен достоин лучшего - лучших напитков, лучшей еды, лучших женщин (мальчиков в его случае, но упустим эту незатейливую деталь), лучших тканей, лучшего оружия, техники, бойцов... Фейд привык считать, что дом Харконнен действительно владеет всем этим. Владеет достойными людьми, которые обучены сражаться лучше остальных. Ему скармливали эту истину с самого детства, с каждой ложкой завтрака, обеда, и ужина. С каждым глотком воды.
Но Сардаукары...
Смотреть на них было одновременно больно и сладко. Возникало такое впечатление, будто им было безразлично, что на них надето, есть ли на них щит, включен ли он. Заняты ли их руки, и чем именно они заняты; или же они пусты, безоружны. Сардаукары воевали так, как не воевал никто на памяти Фейд-Рауты.
Такой прекрасный инструмент, столь щедро одолженный ради благих целей самим Шаддамом. Рядом с ними бойцы дома Харконнен выглядели истинно межеумками, деревенщинами, у которых в руках были дубины вместо клинков.
Находясь в бою бок о бок с Сардаукарами, Фейд испытывал одновременно наслаждение (как воин, способный по достоинству оценить чужие боевые навыки) и раздражение (как владелец всего самого лучшего, когда что-то почти идеальное принадлежало не ему).
"Какое расточительство..." - Подумал Фейд-Раута, наблюдая, как имперские солдаты в черно-алой форме Харконненов сминают слабое сопротивление фрименов, защищавших вход в Экологическую Станцию. "Я должен владеть этим богатством. Я должен стать Падишах-Императором".
Наверху, у них над головами, ушли в вираж три топтера, скрываясь где-то за скалами. Наверное, засекли взлетевший аппарат. Воздух разорвали далекие выстрелы ракетных установок на бортах орнитоптеров. И одновременно с этим Сардаукары ворвались внутрь помещения, ссыпались по каменным ступеням в прохладную полутьму. Все кончилось весьма быстро.
Фейд спускался вниз, вглубь Станции, как хозяин за своими гончими - вальяжно, неспешно, чувствуя себя в полной безопасности.
- Нас рискует накрыть песчаной бурей... - Кто-то из его солдат спустился следом, оставаясь за спиной на-барона.
- Закрепите транспорт и спускайте отряд вниз. Переждем. - Фейд-Раута расстегнул воротник алого кителя, вдохнул пахнущий озоном, непривычно легкий воздух. Кто-то протянул ему сосуд с водой, и он бездумно подхватил его, сделав несколько глотков.
Где-то в глубине станции, в узких каменных переходах еще были слышны отрывистые выстрелы станнеров.
Устроившись на углу стола, как какой-то мальчишка, Фейд с любопытством охотника ждал, какую же добычу принесут ему породистые императорские псы.
Большая часть людей, поставленных на колени у одной из стен просторного зала, были фрименами - одетые в дистикомбы, с этими тканевыми, сбившимися в беспорядке хламидами, наброшенными поверх странных, как на вкус Фейда, одежд. Впрочем, даже среди этого сброда была пара или тройка мужчин в форме Атрейдесов; похоже, эскорт наследника, или просто прибившиеся к группе в общей суматохе.
Фейд-Раута рассматривал перепачканные серо-алой пылью и кровью лица, изредка задерживаясь дольше, чем на несколько секунд. Пока не нашел среди грязных животных что-то по-настоящему интересное.
Соскользнув на каменный пол, хрустящий под подошвами сапог мельчайшими камушками, Фейд подошел к нестройному ряду фрименов, подхватил в кулак зеленую ткань плаща, мягкую и тяжелую, приятно струящуюся под рукой, и вытащил в центр зала молодого мужчину, чьи глаза еще не приобрели тот насыщенный синий оттенок, которым одарила фрименов Пряность.
- Дункан Айдахо... - Фейд-Раута произнес имя напевно, едва ли не торжественно, упиваясь собственной властью над коленопреклоненным бойцом Атрейдесов. - Оружейный мастер Дома Гинац. Мясо, принадлежащее дому Атрейдес. - Фейд остановился на расстоянии руки, сделав неполный круг за спиной у Айдахо, и склонился самую малость, улыбаясь легко и непринужденно, хотя радость его была смутной, тлеющей пока еще. - Я назвал все твои титулы?.. Или ты приобрел еще парочку среди этих дикарей?
Где-то на выходе, над лестницей, Сардаукары с грохотом опустили плиту, закрывавшую вход в Станцию - по коридорам продернуло сквозняком, сдуло со всех поверхностей мельчайшую пыль, всколыхнувшуюся в тусклом свете плавающих светильников подобно алому туману.
У Фейда было впереди достаточно времени, и как минимум один достойный трофей, чтобы не скучать.

Отредактировано James Logan (2015-02-26 03:40:12)

+2

3

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]
Дункан и сам не предполагал, что может так ненавидеть красный цвет. Казалось, раньше для него не было никакой разницы - цвета, пусть и родовые, были не более, чем внешней оболочкой - в конце-концов, какая разница, что на тебе надето, главное - чтобы в руках было оружие. Оружие с давних пор стало его одеждой, его мыслями, его телом, его другом, он сросся с ним, словно сиамский близнец и сильнее, чем оружие, Дункан ценил лишь герцога, которому служил долгие годы.
Герцога, который теперь был убит.
Он пытался не думать о том, много ли пришлось вынести Лето, прежде, чем его поглотило вечное небытие, или даже эти харконеннские гиены оказались хоть немного милосердны и взяли его воду быстро и безболезненно.
Дункан даже усмехнулся про себя - в который раз поймал себя на том, что мыслил, будто фримен. Айдахо с трудом приобретал новые привычки, с трудом отказывался от старых, он предпочитал всё хорошо знакомое и выверенное, но Арракис пробрался в его плоть и кровь, едва слышно шурша своими песками, Арракис разжёг в нём огонь своего палящего солнца, Арракис поселился в нём до самой смерти.
Смерть носила красные одежды.

Он поднял голову - этот голос невозможно было не узнать. В семье борова однажды появился змей.
Дункан не торопился с ответом, да и отвечать не хотелось, он был уверен - Фейд-Раута только этого и ждал. Где-то с грохотом опустилась входная плита, а это означало, что они заперты тут до скончания песчаной бури.
Больше всего Дункану хотелось оказаться сейчас там, снаружи, где и бушевала буря. Лучше принять мощь стихии лицом к лицу, почувствовать мгновенную, острую, как ножи, физическую боль, когда песчинки, словно лезвия, будут сдирать его кожу - почувствовать всю силу Дюны перед тем, как погибнуть на ней без страха. Вся та боль, был уверен Дункан, была бы ничтожной по сравнению с другой болью и другим страхом.
"Удалось ли спастись Полу и Джессике"?
Дункан Айдахо был воином, а воинам не пристало иметь ложные надежды, но он позволил себе это, кажется, первый раз в жизни.
Надеяться.
- Фримены не любят титулы, но для тебя они бы непременно что-то придумали, - негромко произнёс Дункан, глядя прямо перед собой. - Например, Тварь, племянник Твари без чести.

+2

4

- ...Брат кровожадной Твари, убившей твоих родителей. - Подсказал Фейд, склоняясь ниже, почти над плечом пленника. - Ты забыл упомянуть. Или ты забыл?.. - И улыбнулся улыбкой человека, которому любой звук чужого голоса доставлял немыслимое удовольствие.
Порывисто выпрямившись, на-барон вернулся к столу, поднимая стеклянный граненый сосуд, на три четверти все еще заполненный водой. Дешевая демонстрация статуса. И власти - если судить об этом сосуде с пустынной точки зрения фрименов. Фейд сделал небольшой глоток, облизнувшись, прижмуриваясь, как кот. Его не мучила жажда, и в помещении было в достаточной мере свежо. Но вода была настолько приятно-прохладной, что отказаться было просто невозможно.
Дюна учила любить простые - очень простые удовольствия.
- Ты можешь не шептать, мои спутники плохо тебя слышат. - Парень поставил стакан на каменную столешницу, вновь разворачиваясь лицом к Дункану, невольно наблюдая за реакцией одетых в алую форму солдат; совершенно не за реакцией Айдахо.
Кто-то из мужчин криво улыбнулся - Фейд-Раута знал, что это может быть только его человек. Это не Сардаукар. Оружию Падишах-Императора были совершенно не интересны мерзкие шуточки Харконненов. В этом не было ничего плохого. Это просто было так. Фейд вновь испытал острую вспышку раздражения от осознания этой существенной разницы.
- Раббан удавится от злости, когда узнает, что ты был здесь со мной. - Молодой Харконнен глубоко, всей грудью вздохнул, вновь шагнув к Дункану, обходя его по кругу, как охотящаяся кошка, загнавшая жертву в угол. Потом он будет упоенно рассказывать постепенно багровеющему от злости брату, как выглядел, как дышал и пах пойманный человек Атрейдесов. - Он так скучал по тебе. Даже не представляешь, насколько ты тронул его сердце... - Фейд театрально развел руками, будто пытаясь жестом показать, насколько именно поступок Айдахо в прошлом задел его старшего брата. - Он даже запомнил твое имя...
Раббан знатно взбесился, когда понял, что мальчишка - тогда восьми, что ли, лет - смог сбежать от него, и его спутников. Он был в ярости от того, что так увлекшая его охота сорвалась. Много позже, когда это имя - Дункан Айдахо - вновь всплыло при дворе дома Атрейдесов, Раббан разъярился только еще больше. Это походило на плевок ему в лицо.
- Как здорово, что мне случится поиграть с игрушкой брата... - Фейд улыбнулся, опуская невесомо-легкую, почти нежную руку на жесткие темные кудри, запачканные кровью. Не испытывая ни опасений, ни страха перед оружейным мастером, который не так давно убил с десяток лучших Сардаукаров.
Дункан был вымотан и ранен. Сам Фейд был свежим и отдохнувшим. И пусть его не учили мастера Дома Гинац, Фейд-Раута был хорошим бойцом.
- Если ты дашь слово хорошо себя вести, я дарую тебе быструю смерть... - Промурлыкал на-барон дома Харконнен, погладив Айдахо по волосам, как будто раненного огромного зверя. Шалея от заигравшего в жилах адреналина, как если бы сейчас находился не подле человека, но перед лазанским тигром и прикасался к нему, пока тот мог вот-вот броситься и растерзать, не оставив и клочка живой плоти. Только голые кости и лужи крови.[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]

Отредактировано James Logan (2015-02-26 23:58:28)

+2

5

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]

Дункан никогда не жалел, что в его обучении не принимала участие какая-нибудь гессеритская ведьма. Он уважал их, как и всякого, кто осознает свою силу, но не пользуется ею для унижения тех, кто слабее, однако никогда не был сторонником некоторых методов гессериток. Единственный раз, когда он пожалел, что не может пользоваться их силой - сейчас. Литания против страха - несколько простых строчек, и он знал их наизусть, но они не добавляли ему сил, а силы сейчас нужны были как никогда. Дункан не боялся смерти - воин вообще не должен её бояться, потому что смерть всегда ходит слишком близко, и в какой-то момент становится спутницей, без которой ты никогда не почувствуешь истинный вкус жизни и её жажду; он не боялся боли, хотя прекрасно был осведомлен о том, насколько любит причинять её младший племянник Владимира Харконенна, буквально упиваясь этим...
Дункан, как и многие бойцы, боялся самого страха - того, что он хотя бы на миг промелькнет в его глазах, отразится в жесте, вырвется мимолетным изменением тона голоса. Тогда, устрашившись, он бы не простил самого себя и погиб бы трусом в своих собственных глазах.
- Я не забыл, - просто ответил он, не повышая голоса. - И однажды этот счет ты оплатишь, пусть не мне, так кому-то другому. Жаль, если ты этого не понимаешь.
Он едва не усмехнулся, осознав, что всё происходящее Фейд-Раута воспринимает как лишний повод покрасоваться перед сардаукарами, своими людьми, показать свою силу. Зря. Император может делать ставку на Харконненов лишь до тех пор, пока ему это выгодно. Всего лишь одно малейшее изменение расстановки сил на доске - и император продаст Владимира и Фейд-Рауту, как продал герцога Лето.
Что ж, если на-барон хочет устроить спектакль, пусть устраивает, пусть кружит вокруг него, словно хищник, поймавший добычу, пусть говорит, что угодно.
Рано или поздно, к счастью, это закончится.
- Как же ты любишь своего брата, - Дункан не умел говорить с таким ядом в голосе, как умел это молодой Харконнен, но лишь глухой  не мог бы услышать сарказм. - Это семейное у вас - ненавидеть друг друга? Или вы способны лишь на любовь к красивым юношам?
Он невольно дернул головой, почувствовав прикосновение Фейд-Рауты.
К шайтану всё. Он выдержит любые пытки. Просто нужно убедить себя в том, что Пол и Джессика живы.
А если нет... Что ж, сейчас Дункан завидовал даже им - если бы он мог выбирать, где умереть, то выбрал бы пустыню. Она казалась такой же бескрайней, как вечность, в которую уходил человек после смерти.

+1

6

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Фейд вздохнул еще раз, глубоко, легко, как будто выражал этим свое сожаление, или что он там мог испытывать по поводу грубой ошибки Дункана. Ему было так жаль, что все люди, всегда, были склонны к обобщению. Какая разница, что в те времена, когда родители Айдахо были убиты, Фейд-Раута только намечался в проекте своих родителей?.. Какая разница, кто именно из Харконненов сделал это, если это их кровь - их общая кровь и родственные связи, и развращенность Владимира, воспитывавшего своего старшего племянника, привели к этому исходу? Какая разница, - и тут, впрочем, Дункан был отчасти прав - кто оплатит этот счет?.. Кто-нибудь все равно расплатится за их семейную, родовую жестокость.
Фейд был бы только рад, если бы этим кем-то оказался все же его старший брат или дядюшка, находиться рядом с которым было одним "сплошным удовольствием" с точки зрения парня.
- Искренняя, крепкая и трепетная любовь связывает всех родственников дома Харконнен. - Фейд очевидно съехидничал, если судить по интонациям его голоса. Ему очень хотелось добавить, что они хотя бы не опускаются до лицемерия и интриг друг против друга, действуя всегда в лоб; но это было такой же ложью, как и предыдущие его слова.
Он очень хотел смерти брата. Но меньше, чем хотел смерти барона Владимира Харконнена. Старый хрыч уже должен был сдохнуть несколько раз, но все держался зачем-то, изрядно портя Фейду настроение своими мерзкими планами. Еще немного, и Фейд-Раута сам поспособствует его смерти, если только жирдяй не решит отбросить коньки самостоятельно. Раббан на подобное никогда не решится.
Ощутив под рукой малейшее сопротивление, едва ощутимое напряжение в мышцах, выдающее чужое намерение отстраниться, Фейд запустил пальцы глубже в темные кудри и сжал пряди в кулаке, пачкая руку в медно пахнущем кармине. Защелкал языком, будто успокаивая злящегося зверя, сделал оставшийся шаг, остановившись практически впритык к Айдахо, и, мягко надавив, прислонил его к собственному бедру. Таким... бесцеремонным, почти отеческим жестом, достойным крепкого друга, или родственника, но никак не кровного врага.
Цепкая, все еще ласковая ладонь угнездилась над виском Дункана, пробегающие по коже пальцы наткнулись на край рассечения, прочертив вдоль него. Фейд смотрел строго вперед, на выстроившихся перед ними фрименов, стоящих на коленях.
- И снова ты спутываешь факты. - Никакой злости в голосе. Айдахо, как ни старался задеть, не попал еще ни разу. - Это мой дядя любит юношей. Я предпочитаю женщин. - На-барон прищурился, кажется, потеряв бдительность, разбалованный бездействием пленника. - Хотя... Для тебя я мог бы сделать исключение... - Сама эта мысль претила ему, и была настолько омерзительной - он, Харконнен, и эта шавка Атрейдесов... Даже если Айдахо будет снизу, как девка, это все равно было отвратительно. Но удержаться, чтоб не сказать это - было невозможно. Грязный намек, пауза, продлевающая смысловую нагрузку этого намека, и Фейд не выдержал, перевел все в иную плоскость.
- Если ты горишь желанием... Я мог бы снизойти... и позволить паре-тройке своих солдат разделить с тобой ложе... Последний раз. - Уже второе обещание, но какая, впрочем, разница?.. Он облизнул полные, правильной формы губы, перевел взгляд на одного из Сардаукаров и едва заметно, сладко улыбнулся, кивая на пленных.
- В расход их. Никого не оставлять в живых.
Группа одетых в черно-алую форму мужчин, до того безмолвно стоявшая сбоку от входа, тут же всколыхнулась; от группы отделились несколько человек - младшие по званию, почти наверняка. И, выстроившись короткой шеренгой немного сбоку, не перекрывая обзора Фейду и стоявшему рядом с ним Айдахо, подняли оружие, стреляя на поражение.
Фейд-Раута отчетливо задержал дыхание, и улыбнулся шире, не позволяя Дункану опустить голову или отвернуться, но не следя, смотрит ли тот на людей, умирающих под огнем Сардаукаров.

+2

7

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]

Свернутый текст

Напомни, где там у тебя висят кинжалы и какие они хД

Что было во власти такого, что превращало людей в тварей, только и мечтающих о том, чтобы вцепиться другому в глотку? Дункан Айдахо никогда не понимал этого. Нет, он не считал себя святым или даже хорошим человеком, ему приходилось убивать, и убивать не раз, и после этих убийств он спокойно спал ночами, не терзаясь угрызениями совести. Но для него всегда существовала грань, через которую он бы не преступил, даже, если бы герцог Лето отдал такой приказ. Просто дело было в том, что герцог Лето никогда и не поступил бы подобным образом. Ему, Дункану, выпало служить человеку, которого с полным правом можно было назвать справедливым. Также не святым, не безгрешным, иногда, возможно - слабым, но уж точно не жестоким. Порой он думал, что герцог с удовольствием променял бы свою судьбу главы одного из Великих Домов на возможность спокойно жить с семьёй среди водопадов и лесов Каладана, где-то в глуши, подальше от суеты и гнусных интриг.
Судьба не подарила ему этого шанса, но справедливым герцог остался до самой смерти.
Но были и другие - такие, как вот этот щенок Харконеннов, стоявший перед ним и искренне считавший, что нет ничего слаще власти силы. Было ли это следствием воспитания бароном или врожденное? Странно, Дункан поймал себя на мысли, что наряду со жгучей ненавистью к Харконеннам, которая текла по его венам вместе с кровью уже много лет, он испытывает жалость к Фейд-Рауте. О на-бароне ходили слухи, как об умелом воине, он не был глупцом, но Харконенны, кажется, умели самые лучшие достоинства извратить и превратить в гнусность. Воинскую доблесть сделать жестокостью пыточного мастера, ум поставить на службу изощренности этих самых пыток.
Дункан не чувствовал боли в рассеченной голове - она была ничем по сравнению с хладнокровным расстрелом горстки уцелевших. Впрочем, возможно им-то как раз повезло гораздо больше, чем ему.
- Я понимаю твоё желание развлечься, - он смотрел на кровь, что стекала на выщербленный каменный пол, кое-где собираясь в лужицы. "В пустыне она бы уже ушла в песок, точно вода". - Но как бы ты ни старался продлить всё это представление, рано или поздно оно закончится, и ты знаешь это.

+2

8

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]То, как невозмутимо Дункан игнорировал все его попытки задеть - едва ли не бесило Фейда. То есть нет, это чувство, граничившее со злостью, все еще было затуманено общим впечатлением от сомнительной победы и отдельно - восторгом от наблюдения за Сардаукарами. Но тем не менее. С каждым пропущенным Айдахо "пасом" Фейд-Раута испытывал все больше разочарования.
Молодой Харконнен глубоко, ровно вздохнул, успокаивая неожиданно всколыхнувшуюся мутную взвесь бесконтрольных эмоций, похожую на бархатный ил, поднятый со дна реки неосторожным движением какой-нибудь мелкой рыбешки.
Ну и что, что он не отвечает. Как будто Фейд всю жизнь мечтал, чтоб на него махом повелся какой-то мечник Атрейдесов. Сам-то Фейд тоже хорош; что твоя пичуга, перья распустил, кругами ходит... А перед кем?
Хотя именно этот баланс, неожиданно будто установившийся между ними, лишал Фейда того самого чувства опасности, посетившего на-барона с первым прикосновением к Айдахо. Он больше не ощущал в нем противника. Только на все согласного дипломата, пытающегося тянуть время, насколько это возможно.
- Какой же ты тусклый... - В неожиданной тишине - почти звонкой после выстрелов станнеров - голос Фейд-Рауты прозвучал неприятно-громко. Ему бы хотелось буйства страстей, хоть сколько-то ярких реакций. А вместо этого он будто кидался камешками в пропасть, дна которой даже не видел.
Ему неожиданно стало мерзко от самого себя.
- Представление... Вот как для тебя все это выглядит... - Фейд недовольно поджал губы, скользнув пальцами по колючей от щетины щеке Дункана, оставляя алые мазки, которые высохнув, потеряют свой роскошный цвет. И отпустил. Отступил, развернувшись на пятках и отходя к столу, подхватив стакан, безбожно пачкая идеально-чистое стекло кровью, и залпом допил воду, усилием воли подавив сиюминутное желание разбить сосуд о стену, или о пол - швырнуть, чтоб стекло разлетелось во все стороны мельчайшими осколками.
- Представление. - Фейд-Раута повторил так не понравившееся ему сравнение и фыркнул, со стуком поставив стакан на стол, основанием ладони вытирая с подбородка влагу, которую проронил, пока пил. Тоже пачкаясь кровью, но едва ли заметив это.
- Ладно. - Он принял это, как принимают удар. - Допустим, у нас это в крови. Да. Мы вот такие. Театральные, склонные к работе на зрителя подонки. Нас это не портит. - Если бы только Дункан знал, как это - стоять на арене, над телом убитого противника, когда все взгляды обращены только на тебя. Он бы не говорил так, если бы хоть раз ощутил эту любовь зрителя.
Бегло перебрав пальцами по конфискованному Сардаукарами оружию, на-барон, не мешкая, выбрал два криса - изогнутые молочные лезвия манили его уже давно своим внешним видом. Говорили, будто фримены делали эти клинки из зубов пустынных червей.
- Хорошо. - Последнее слово прозвучало едко, как будто Фейд принимал какой-то одному ему понятный вызов. Повернувшись, он в несколько шагов подошел к Дункану, держа оба криса одной рукой - прижатыми рукоятями друг к другу; с лезвиями, направленными одно вверх, другое вниз.
Подхватив тяжелую зеленую ткань плаща, накрутил на свободный кулак, потянув вверх, вздергивая  на ноги стоявшего на коленях оружейного мастера:
- Идем!

+2

9

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]

Дункан мог бы решить, что добился своей цели - Харконнен прекратил попытки вывести его из себя (для чего, к слову? Чтобы иметь прекрасную возможность убить "оказавшего яростное сопротивление"? Но Айдахо всё равно убьют, часом позже, часом раньше - он не понимал разницы, но, как он сам заметил, Харконнены были другими. Харконнены любили зрелища). Но истина была в том, что у него вообще не было никакой цели - кроме как погибнуть достойно. Он не всегда достойно жил, поэтому смерть вдруг показалась Дункану не самой худшей возможностью показать, как погибают те, кто ещё не забыл о верности, долге и чести. Ещё некоторое время назад, в жизни-до-Арракиса, Дункан бы непременно отреагировал на острые, как рапира, измазанная ядом, выпады Фейд-Рауты. Тот Дункан и сам был непрочь полезть на рожон, не думая о последствиях, тот Дункан был легкомысленнее и чем-то проще.
Тот Дункан был бы уже мёртв.

Но нынешнего Арракис изменил, как менял всех, будто бы просачиваясь своим песком сквозь кожу, выдувая бурями всё ложное, напускное, обнажая истинное и сокрытое... Айдахо не мог знать будущего, но отчего-то был уверен, что, даже если Пол и Джессика погибли, Харконнены не продержатся долго. На какой-нибудь другой планете - возможно. Но не на Арракисе. Великие дома будут резать друг друга в междоусобицах, пока не вырежут окончательно, и всё это время из пустыни своими синими-на-синем глазами на это будут смотреть фримены. Вот они останутся, пока живёт Дюна. Герцог Лето наверняка это понимал, но Харконнены - нет.

Фейд-Рауту здорово задело просто слово "представление", что ж, правда всегда была безжалостной, как острый крис.
Крис.
Дункан проследил глазами за на-бароном, потянувшимся за изогнутыми кинжалами. Тот, казалось, на миг перестал играть свою выверенную до малейшего жеста роль с попытками тонких издевательств и показал себя настоящего.
Красное на красном.
Пустыня действительно оставляла только истинное.
А Дункан Айдахо был истинным мастером оружия.
Он не питал иллюзий насчёт собственного спасения - он был ранен и безумно хотел пить, но на-барон отчего-то сам играл ему на руку, так неосмотрительно взяв оружие и решив увести Дункана подальше от внимательных глаз сардаукаров.
- Решил поговорить без свидетелей? - Дункан на мгновение почувствовал себя тем, прошлым Айдахо, который мог напиться пива с Пряностью и распевать непотребные песни. Наверняка свою роль сыграла близость оружия, с которым Дункан отлично умел обращаться. Он даже усмехнулся.

Свернутый текст

Я тут хочу отобрать у тебя один крис. Мне как, кубики бросить или так решим, удалось ли?)

+1

10

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]- Тебе же не нравится быть частью "представления"... - Ехидно заметил Фейд, продергивая Дункана вперед, вынуждая его свернуть из зала в узкий коридор Станции. Отмахнулся от одного из своих солдат рукой с крисами, отрывистым жестом давая понять, что не нужно за ними следовать. - Но я хочу продлить... "развлечение". Следовательно, ищу компромисс. Забираю тебя от зрителей, и буду играть для себя. - Фейд-Раута криво улыбнулся, держа пыльный зеленый плащ над плечом Айдахо, выдвинув мужчину перед собой на присогнутой руке.
Его покоряли все эти архитектурные изыски фрименов. В сравнении с постройками резиденции Харконеннов здесь, на Аракисе, и дома, на Гьеди Прим, эта Станция и сьетчи, в которых довелось побывать Фейду, выглядели, как жилье нищего. Необходимость прорубаться через породу обусловливала высоту потолков и ширину коридоров. С одной стороны это давало неплохие условия для защиты: враг вынужден пригибаться, входя в дверной проем; использование длинных клинков становилось фактически невозможным или крайне сложным из-за ширины коридора, где с трудом могли бы разминуться двое человек. Атаковать в таких условиях было неимоверно трудно... впрочем как и давать существенный отпор. Первая волна Сардаукаров пала как раз из-за планировки пространства.
Фейд прошел несколько арок, заглядывая внутрь и оценивая, насколько большим и свободным было помещение, и в итоге втолкнул Дункана в один из проемов, отпустив плащ и тычком в плечо придав оружейному мастеру немного инерции, вынуждая разорвать дистанцию, сделать несколько лишних шагов вперед.
Комната казалась скорее жилой, чем рабочей - тут не было столов, зато в нише было подобие постели. В углу беспорядочным ворохом были свалены личные вещи людей, ранее обитавших здесь. На-барон несколькими движениями расстегнул сначала пряжку ремня, потом китель, спуская с плеча сначала один рукав, потом второй, перехватив клинки свободной рукой. Небрежно уронил куртку на пол прямо там, где стоял, и несколько раз легко ударив носком сапога по светильнику, разжег в нем свет, оттолкнув матовый, весь в неровностях, шар в угол, оставляя комнату в мягкой полутьме. Только потом бросив крис к ногам Айдахо.
- Я мог бы оставить тебя живым. - Теперь Фейд-Раута говорил намеренно тихо; внятно, но стараясь делать это так, чтоб только Дункан его слышал, никак не солдаты и не Сардаукары.
- Я мог бы обмануть дядю, и брата... И капитана этого отряда... и весь отряд. Забрать тебя... Если бы ты согласился тренировать меня... - Молодой Харконнен стоял немного сбоку от арки, через которую вошел, и пристально смотрел на Айдахо - что тот будет делать?
- Но ты же скорее покончишь с собой, чем сделаешь мне... и себе... столь щедрый подарок... Ведь так? - Фейд улыбнулся вкрадчиво, но почти ласково. - Вы, Атрейдесы, все скорее умрете, чем пойдете на поводу у собственных желаний и необходимостей. У вас у всех есть какая-то глупая высшая цель - имя, честь, любовь, долг... Что там еще... - На-барон вздохнул. - Какая бестолковая трата ресурсов...
Фейд-Раута хорошо знал - здесь он беззащитен перед Дунканом. Чтоб любой из его солдат добежал на вскрик, нужно было время. За которое, при определенном стечении обстоятельств, Айдахо не просто успеет выпустить ему кишки, но и как-никак декорировать ими комнату. Наверное, именно это осознание вернуло ему азарт и интерес. Смыло раздражение.
Дункан был ранен; а у Фейда не было его навыков. На-барон был хорошим бойцом, но все же не учеником Дома Гинац. Даже с раненым оружейным мастером он не мог быть наравне. Но от этого было только интересней.

+2

11

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]
Вскрыть бы мозг этому отпрыску Харконненов, чтобы понять, что творится у него в голове. В первую минуту Дункан даже растерялся - настолько нелогичными были последующие поступки Фейд-Рауты. Издеваться - конечно, пытаться унизить побежденного противника перед лицом войска - тем паче; пытать, медленно убивать, - всё, что угодно, но покинуть сцену своего же представления, в котором Фейду была уготована главная роль - это не в духе Харконненов. Интересно, понимал ли сам барон Владимир своего племянника и то, какую опасность он представлял для его же собственной власти?
Дункан шёл вперёд, по знакомым кривым и полутёмным коридорам, понимая - как бы ни закончился этот день, как бы ни закончилась эта песчаная буря, он вряд ли снова увидит мир за пределами этой Станции - и в то же время радовался, что умереть придётся именно здесь, в вотчине фрименов. Там, где он обрёл второй после Каладана дом.
От Харконненов всегда ждёшь подвоха, поэтому, когда Фейд-Раута втолкнул Айдахо в небольшое помещение, осветив его тусклым светом светильника, а через пару секунд швырнул к ногам крис, Дункан не верил, что на-барон действительно делает то, что делает.

Харконнены были лживыми тварями, но обычно - тварями расчётливыми и больше всего на свете дорожащими своей шкурой. Как, впрочем, и большинство человечества, поэтому Атрейдесы с их умением отдавать себя без остатка считались едва ли не глупцами. Дункан никогда раньше не задумывался над этим, и это было ещё одним свидетельством тому, как сильно изменился он на Арракисе. Точнее, как сильно изменил его Арракис и герцог Лето.
То, что делал сейчас Фейд-Раута, меньше всего походило на расчёт, хотя Дункан был не из тех, кто мог увидеть в действиях не двойное, а даже тройное дно. В любом случае терять ему было нечего, и он потянулся за крисом, наблюдая за на-бароном.
- Вы, Атрейдесы, все скорее умрете, чем пойдете на поводу у собственных желаний и необходимостей. У вас у всех есть какая-то глупая высшая цель - имя, честь, любовь, долг... Что там еще... Какая бестолковая трата ресурсов...
- Увы, я не Атрейдес, я всего лишь Айдахо, - оружие легло в руку с таким приятным ощущением, будто ищущий ребёнок наконец нашёл отцовскую ладонь. - Но разве, - Дункан сбросил пропитанный кровью, пыльный тёмно-зелёный плащ и ногой откинул его в сторону, - то, что ты делаешь сейчас - не бесполезная трата ресурсов? Рискнуть лишиться будущей власти, лишиться жизни? Ради чего, Харконнен? Что ты пытаешься мне доказать? Что ты хотя бы вполовину хорош в бою так, как я? - Дункан впервые с момента, когда сюда ворвались сардаукары, улыбался. Если на-барон действительно решил поставить на кон свою жизнь, если в этом нет никакого подвоха, то он, Дункан, всё ещё мог умереть в бою. Это стоило многого. Да что там - это стоило всего.

+1

12

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]- Как изящно ты проигнорировал мое предложение... - Фейд рассмеялся - на самом деле весело, искренне, задорно, как могли бы смеяться только мальчишки, которым только суждено было стать мужчинами. Фейд был прекрасный тактик, но он все еще любил играть в солдатиков. Только солдатики эти были больше не игрушечными, а живыми. И он очень хотел, чтоб на них была форма сардаукаров, а не черно-алый мундир.
Взвесив в ладони крис, примеряясь к незнакомой рукояти, молодой Харконнен проследил взглядом за тем, как струится на пол плащ, как Айдахо отбрасывает его в сторону, чтоб не путался под ногами, если вдруг они оба начнут двигаться по комнате. В каждом движении оружейного мастера было то самое тонкое изящество, которое можно было отточить только в Доме Гинац. Фейд поджал губы - зависть была не лучшим его качеством, так что не стоило давать ей волю.
- Или же ты так изящно намекнул мне, что готов вступить в диалог? - На-барон мягко улыбнулся, развернув крис обратным хватом, лезвием вдоль предплечья - благо, длина клинка позволяла работать привычным образом.
Он не спешил атаковать, ожидая первого действия от противника. И стойка была обманчиво-расслабленной, кажется, бестолковой, разболтанной; только одна нога вынесена немного вперед и колени едва заметно согнуты - Фейд сейчас стоял так, чтоб быть в состоянии позволить себе маневр, но явно не продвижение вперед.
- То, что я делаю сейчас - в моих интересах. Если бы ты задумался хотя бы на момент, в какой дыре мне приходится жить, и как мало в этой дыре по-настоящему, - Фейд даже прижмурился, интонационно выделяя последнее слово, - интересных событий и развлечений... Ты бы даже посочувствовал мне. - Парень фыркнул. Не то чтоб он сильно нуждался в сочувствии, но не кривил сейчас душой. Говорил "как есть". В конце концов... - ...я ничего не теряю. Я имею в виду, кроме жизни, если ты действительно будешь в состоянии, и захочешь растерзать меня, как какого-нибудь жалкого котенка. - Фейд качнул в воздухе свободной ладонью, намекая жестом на то, что у него есть, что обсудить - едва уловимый, легкий жест неопределенности.
- Но я рискую так каждый раз, выходя на гладиаторскую арену. Риск оправдан - мне слишком нравится процесс. Отец Лето Атрейдеса выходил на арену против салусанских быков. Ты же должен знать, сколько радости ему доставляло быть там, стоять против зверя, слушать крики толпы. Ты должен понимать это. Я ничего не пытаюсь тебе доказать. Я хочу получить удовольствие от поединка. Все вот настолько просто. Я хочу знать то, что знаешь ты. Хочу уметь то, что умеешь ты. Не потому, что я хочу быть тобой, или подобным тебе. Я хочу получать удовольствие от поединка. Понимаешь? - Сквозь подошвы сапог не ощущалась неровность пола, температура, мелкая, пыльная дисперсия песка, тонким слоем которого здесь было покрыто категорически все. Может быть Фейд даже хотел разуться - ему нравилось ощущать босой стопой песок арены. Это ощущение давало ему уверенность. А сейчас у него не получалось быть уверенным ни в чем кроме того, что его язык отлично подвешен для ведения переговоров.
- Я видел, как ты дерешься, как ты убиваешь. Это прекрасно! И я мог бы подарить тебе жизнь, если бы ты тренировал меня. - Повторил свою идею на-барон, вглядываясь в лицо Дункана. - Я бы сдувал с тебя пылинки, давал бы тебе все, что ты попросишь. Я сделал бы это потому, что мой старший брат, и мой дядя, были бы в бешенстве, если бы узнали. А когда барон ушел бы к праотцам, и я занял бы его место - я бы даровал тебе свободу. Отличная альтернатива смерти, неправда ли?.. Почему бы нам не обсудить это?

+2

13

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]
Да уж, говорить Фейд-Раута был мастер, этого у него не отнять, как, впрочем, и у всех Харконеннов - так сказать, фамильная черта. Правда, те, кто был с ними хорошо знаком, знал (чаще всего - на собственном горьком опыте), что отрава, которую они вливают собеседнику, кажется сладкой, словно мёд. Ровно до того момента осознания, когда ты понимаешь, что это - отрава, и хватаешься за горло, силясь издать последний крик-проклятие.
И сейчас, хотя на первый взгляд намерения на-барона казались на удивление прозрачными - будто бы и впрямь он был готов умереть тут, в горячих песках пустыни, от рук верного слуги Атрейдесов, а значит - верного врага Харконеннов - Дункан всё равно придавал большее значение жестам и взглядам, нежели словам. Как бы там ни было, вступать в бой Фейд-Раута не торопился, и это как раз было разумно - он был гостем тут, на Арракисе, непрошеным и незваным гостем, и всё здесь было для него ново: излюбленное оружие фрименов, к которому еще надо было привыкнуть и по-настоящему почувствовать; манера ведения боя народом пустыни, о котором мало кто знал, потому что мало кто интересовался на этой заметенной песками планете чем-либо, кроме прибыли от Пряности; даже сам песок под ногами мог стать врагом в бою - потому что порой в бою именно какая-то досадная, упущенная тобой или противником мелочь, и решает исход поединка. Дункан когда-то тоже был таким, вот только у него было достаточно времени, чтобы изучить Арракис.

Айдахо сделал короткий шаг вперед, держа крис лезвием вниз, в опущенной руке - интересно было смотреть за реакцией Фейд-Рауты. Из того действительно мог бы получиться великий воин, при других обстоятельствах, желательно - при другой семье. Странно, но сейчас на-барон говорил слова, которые казались искренними. Поэтому Дункан тоже ответил прямо - правда, по-другому он и не умел:
- Получать удовольствие от поединка можно лишь в одном случае, - Айдахо замер на мгновение, а затем в один шаг оказался у Фейд-Рауты, прокрутив крис в пальцах, чтобы он лег лезвием вверх, и нанося простой кистевой удар снизу - впрочем, он не сомневался, что на-барон успеет остановить лезвие фрименского клинка у самого своего горла. - Когда ты никого не убиваешь. Даже смерть врагов спустя какое-то время не приносит тебе радости. Попробуй понять сначала это.

Свернутый текст

Кинем кубик, кто кого ранит/убьет?)))

0

14

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Учителя очень хорошо научили Фейда определять намерения противника. Язык мог врать; взгляд, дыхание - могли врать. Телу врать было намного сложнее. Малейшее движение могло стать началом любого импульса - шага, выпада, удара, отступления. Все решали мельчайшие детали в положении тела противника. Детали, которые можно было видеть, если глаз был этому научен. Читать чужие движения, как открытую книгу. Правда, у Дункана могли оказаться коварные пустые страницы, о которых на-барон мог даже не догадываться. И стоило быть вдвойне внимательным.
Так что на пустой шаг Фейд не отреагировал почти никак. Только мышцы напряглись на какую-то секунду, выдавая готовность к бою, рассеивая ложь и притворство излишне свободной стойки. Он был готов к бою. Он хотел этого поединка. Весь его предыдущий опыт мерк перед этим моментом, и не хотелось притворяться, что это - пустяк для него.
Фейд действительно продал бы все - семью, достаток, статус - чтоб иметь навыки, хотя бы в половину такие же, как у Айдахо. Талант. Хотя бы отчасти такой же, как у него.
"Но Пауль Атрейдес убивал своих быков!", - захотелось возмущенно выдохнуть, но Фейд-Раута не успел. И передумал.
Удар прошел очень близко, достаточно для того, чтоб поранить. Может быть, даже убить при большом желании. Фейд не стал жестко прерывать атаку, он скользящим блоком просто сместил руку Дункана, вроде бы пропустив клинок внутрь, но лезвие лишь чиркнуло по шее, обожгло кожу, пустило кровь. Не ранило всерьез. И не убило. Он видел начало движения, хорошо это было, или плохо.
Вместо контратаки на-барон ударил навершием рукояти пониже локтя атаковавшей руки - не в полную силу, только чтоб отбросить. И отшатнулся, вновь увеличивая дистанцию, уходя вбок, вынуждая разворачиваться, сам двигаясь спиной к светильнику, в ореоле мягкого света.
- Это первый урок? - Спросил, прищурившись, и во взгляде на какой-то миг засквозила смесь жажды и надежды. Как будто тонкая вуаль недоверия. Потому что да, Фейд не верил в согласие человека Атрейдесов. Но тогда зачем было говорить так?.. Чтоб подразнить? Лишить внимания? Сыграть на доверии и желаниях Фейд-Рауты, как тот сам только что делал?..
- Уточни. - Это прозвучало одновременно жестко, и вместе с тем почти просяще. - Это согласие? Или тебе забавно посмотреть, что я буду делать? - Харконнен нахмурился, поджимая капризные губы, демонстрируя сейчас те самые упрямство и подозрительность, свойственные только его крови. Переступая по скрипящему песку и не выходя на атаку, сызнова оставаясь на дистанции защиты. Жалея только о том, что не разулся - на песке здесь можно было легко поскользнуться.

+1

15

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]

Свернутый текст

Пустился во все тяжкие, ООС и всё такое хД

Айдахо знал, что сейчас чувствует на-барон - теперь, когда острое лезвие задело кожу, не причиняя сильного вреда, лишь пронзая секундной, мимолётной вспышкой боли, которая, как ни парадоксально, в миг приводит в порядок все чувства. Он чувствует азарт. Азарт и жажду продолжить поединок - такой азарт не с чем иным сравнить невозможно, даже с жаждой обладания любимой женщиной. Девяносто девять человек из ста вряд ли смогли бы парировать удар, но Фейд-Раута будто осознанно дал клинку почувствовать вкус крови, а в следующую секунду отвёл его. Дункан усмехнулся - на-барон хотел и мог стать великим воином, если бы в его голове было лишь это стремление, а не ещё и хитросплетения политических интриг великих домов, любовь к власти, беспринципность и лживость Харконненов.

Конечно, Дункан Айдахо не был знатоком человеческих сердец и не особо умел распознавать ложь (разве что обманные движения в поединках), но сейчас казалось, что Харконнен не врал - хотя, конечно, от самого словосочетания "Харконнен не врал" уже веяло чем-то абсурдным. Дункану стало интересно, настолько далеко готов зайти на-барон в своей игре, если, конечно, это была игра. Впервые с момента атаки сардаукаров на Арракис Айдахо тоже почувствовал азарт.
- Ты так привык к подтекстам в своих речах, что ищешь скрытые смыслы в чужих, Харконнен, - Дункан прищурился, чтобы лучше видеть на-барона - тот стал спиной к светильнику. - Хочешь стать оружейным мастером? Узнать то, что узнал я в школе Дома Гинац? Потеряй всё. Брось Арракис, забудь о Гьеди Прайм, забудь своё имя. Знаешь, как говорят фримены - нельзя оседлать одновременно двух Червей.

+1

16

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Фейд остановился, застыл, нахмурившись, напряженно всматриваясь в лицо оружейного мастера, который, откровенно скажем, нес ересь. Иначе молодой Харконнен не смог бы назвать столь откровенное, брошенное в лоб предложение об отречении.
- Всегда есть скрытый подтекст. Везде. Во всем. Даже если ты сам думаешь, что ты всего лишь пытаешься убедить меня отречься от моего имени, где-то глубоко внутри, - на-барон прищурился, показывая свободной рукой на левую сторону собственной груди, - ты предполагаешь сверхзадачу, которую закладываешь в это маленькое действие... Как фрагмент мозаики... которая рано или поздно превратится в огромную картину. Чего ты добьешься этим?.. Либо же ты безумен, либо издеваешься надо мной. Заигрываешь. Отвлекаешь мое внимание. Потому что ты должен понимать, кто перед тобой стоит. - Фейд-Раута отступил еще назад, спокойно и плавно. Как будто для того, чтоб Дункан мог увидеть его, рассмотреть в полный рост. Вспомнить...
Провел пальцами по тончайшему порезу, полосой растягивая кровь по коже. Посмотрел на собственную руку - лишь для того, чтоб убедиться в том, что кровотечение есть, и что оно несерьезное.
- Я не ты - я не могу быть в вонючих пыльных пещерах и считать себя здесь свободным. Даже если я при этом буду оружейным мастером. Это не свобода. Это тот же плен. Кто ты здесь? Такой же дикарь, как остальные жители этих развалин?.. Ты оружейный мастер. И при этом ты с радостью гробишь свой талант, продаешь его за крошки, которые бросает к твоим ногам твой владелец. Что ты здесь делаешь, Дункан Айдахо? - Фейд-Раута поднял руки, раскрываясь, как парящая птица, намекая на окружающее их обоих пространство.
- Разве ты не понял, что это тебе пора от всего этого отречься?.. - Он не сопроводил последние слова ни смешком, ни фырканьем, хотя все сказанное казалось ему очевидным. Отречение, о котором так упоенно говорил Айдахо - оно не имело здесь и сейчас никакого смысла.
Настоящим отречением было бы предать собственную жизнь ради герцогского сына, который наверняка умрет в песчаной буре.
- Дом Атрейдес перестал существовать одновременно с тем, как последний его наследник на топтере улетел в пустыню. И ты знаешь это. Допускаешь это в глубине души. Но все равно у тебя есть твоя сверхзадача, заставляющая тебя делать мне столь... бессмысленные предложения. - На-барон вздохнул, наверное даже печально, и уронил руки вдоль тела. Поднимая вновь только ту, которая держала крис, оставаясь спиной к свету, внутренне готовый к атаке.
- Я так привык к подтекстам. Потому что за ними скрывается суть. Не слушай, что говорят тебе снаружи, смотри, что есть внутри. Я не хочу стать оружейным мастером. Ты не услышал меня. Я не хочу становиться тобой. Я хочу уметь то, что умеешь ты. И ты просишь за это слишком много. Этих знаний будет недостаточно для того, чтоб я окупил потерю статуса, потерю семьи, потерю возможности быть в императорском дворце не гостем, но полноправным хозяином. Ты лишишь меня даже возможности быть на арене. Лишишь того, ради чего я все еще хочу сохранить тебе жизнь. - Фейд ровно перевел дыхание, уже понимая, что вот он - открытый конфликт, каким ему должно быть на самом деле.
Потому что Дункан не отдаст свои знания в руки такого, как Фейд. Он не сможет отдать даже малую часть, которой, может быть, хватило бы на-барону. Не сможет допустить этого хотя бы потому, что Дом Гинац так же плотно был связан с Атрейдесами, как Дом Харконнен сейчас был связан с Домом Коррино. Только если Дом Гинац состоял с Атрейдесами в договоре долгосрочном, и эти Дома поддерживали интересы друг друга; то Харконнены - просто удовлетворяли сиюминутную прихоть Императора. Соответствовали переменчивым интересам.
- Что я получу за собственное предательство? Навык? Который я буду применять... Где?.. - Фейд насмешливо улыбнулся. - Здесь, среди фрименов? Или может на благо Дома Атрейдес?.. Не смеши меня. Ты правда считаешь, что я паду столь низко только ради того, чтоб получить то, что я хочу взять у тебя? Я предложил тебе хорошие условия. Не вынуждай меня сомневаться в их целесообразности. Я Харконнен. Я не фримен. Я могу иметь столько червей в упряжке, сколько сочту необходимым.

+2

17

[AVA]http://images.tvrage.com/cguide/51/2410.jpg[/AVA]

Свернутый текст

Ты вспомнил, кто ты; я вспомнил, кто я хД и больше пафоса богу пафоса! хД

Никогда не верьте тем, кто говорит, будто готов умереть в любую минуту, и, когда этот час пробьёт, он охотно ступит на путь, ведущий в небытие, не цепляясь за малейшую возможность продлить своё существование. Нет, вероятно, такие люди существуют, но их единицы: или безумцы, или потерявшие всё, или свято верящие в то, что после смерти есть ещё что-то. Дункан в это не верил. Он верил лишь в то, что его кровь - его вода - уйдёт в песок, и тело тоже станет песком, и он станет частью Арракиса, а не просто человеком, который загостился на этой планете. Но знал Айдахо и то, что сейчас у него не было какого-то хитрого плана, или какой-то цели, он просто говорил то, что приходило ему в голову (как, впрочем, и всегда), он продлевал свою жизнь. Жизнь, в которой, в общем-то не было ничего великого или примечательного, кроме...
Кроме верности Атрейдесам.
Фейд-Раута, сам того не подозревая, просто упомянув фамилию этого Великого Дома, напомнил, наконец, Дункану то, кем он является.
Любой из Харконненов назвал бы это собачьей преданностью, величайшей глупостью или бессмыслицей. Для тех, кто обретал союзников посредством устрашений или подкупов, это, безусловно, было так. Если бы перед ним стоял не Фейд-Раута, Айдахо попытался бы объяснить, что верность долгу - это то немногое настоящее и искреннее, что только может быть во вселенной. Но это было бесполезно. Фейд-Раута мог быть умнее барона Владимира, Фейд-Раута мог стать великим воином, но Фейд-Раута был Харконненом до мозга костей.
- А ты правда думаешь, что я паду столь низко, - в тон Фейд-Рауте ответил Дункан, - что буду рад получить жизнь в обмен на своё предательство?
Он сделал два медленных шага и протянул Фейд-Рауте крис рукоятью вперёд.
- Наш разговор затянулся, на-барон. Можешь убить меня сейчас, а можешь, - Дункан посмотрел прямо в глаза Харконнену. - Можешь отпустить меня в пустыню одного, без оружия и воды. Ты был прав, Дом Атрейдес перестал существовать. Но и я без дома Атрейдес - никто.

0

18

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Фейд едва заметно склонил голову к плечу. Его выражение лица оставалось прежним, но если бы сейчас на него смотрел Владимир, или Раббан, оба сказали бы, что молодой на-барон чем-то раздражен и разочарован. И Фейд-Раута без сомнения испытывал разочарование - что еще он мог ощущать, не получив того, чего так рьяно желал?
"Какая бесполезная трата... Как бездарно ты продаешь собственную жизнь... И ради чего?.."
Не двигаясь, парень перевел взгляд на протянутый ему клинок - на то, что раньше было зубом животного; на то, что было самым ценным для фрименов.
- Как глупо... - Глухо, почти тоскливо пробормотал Фейд, качнув головой, осознавая, что он сейчас не только разочарован, но и обижен этим прямолинейным отказом. Сам факт этого добровольного... акта самоубийства, а ничем больше это не являлось, привел его в уныние.
- Я не смогу тебя отпустить. - Это было и предупреждением, и последней попыткой дать понять, что из этих пещер Айдахо рискует не выйти живым, если продолжит упираться. Фейд-Рауте первый раз в жизни не хотелось убивать своего противника. Ему не хотелось даже забирать протянутое оружие. Это все было настолько омерзительно...
Он первый раз в жизни наткнулся на подобную слепящую верность, увидел ее воочию, практически потрогал, ощутил ее тяжелую взвесь в воздухе... И против этой порабощающей, душащей и уничтожающей верности просто не мог поднять руки.
Он мог разрушить это, растоптать в любой момент, он даже хотел это сделать в самом начале - нет ничего азартней боя с человеком, сражающимся за свою жизнь, за жизнь хозяина так, как этот делал Айдахо. Но этот Дункан - другой, податливый и мягкий, смирившийся, сдавшийся, был совершенно неинтересным противником. Боя бы просто не было. Таким, каким хотел его Фейд - не было бы уже так точно.
На-барон поднял взгляд, хмуро, задумчиво всматриваясь в лицо оружейного мастера, слыша его дыхание даже отчетливей, чем свое собственное. Слыша ропот сардаукаров, располагавшихся на ночлег в соседних залах. Слыша отдаленные шаги и скрип песка, движимого порывами песчаной бурей, бившегося снаружи о скалы. Ему хотелось бы, чтоб это решение принял кто-то другой.
Если он возьмет свое силой, Дункан не даст ему ничего из того, что Фейд так хотел получить. Айдахо можно запереть в клетке, но взять силой знания никогда не выйдет - их должны отдавать добровольно. Необходимо было получить согласие, но не вынужденное повиновение. В противном случае оружейный мастер был все равно, что сломанным клинком - красивым, остро заточенным, но совершенно не могущим быть примененным по назначению. Пылящимся на красивой подставке, в витрине какой-нибудь коллекции трофеев.
- Сдайся мне. - Последний раз, упрямо и глухо попросил-приказал Фейд. В общем-то, ни на что уже не рассчитывая. - Это уже не будет предательством. Ты уже ничего не решаешь. Твое упрямство не влияет ни на что. Исход уже предначертан. И ты не будешь под властью дома Харконнен. Ты будешь под моей рукой. И я отпущу тебя. Даю тебе слово. Отпущу, как только мой дядя умрет. А я сделаю все, чтоб это произошло как можно скорей. - Он смотрел на Дункана в упор, и его руки были опущены, и он весь был, как глина - расслабленный и открытый. - Если ты согласишься, я дам тебе все, чего ты захочешь. Все, Дункан Айдахо.

+

Полный, тотальный, всепоглощающий ООС. Но я так хочу XD

+2

19

Он был готов к смерти. Странно, но, будучи воином, а, значит, практически ежечасно рискуя ради других своей жизнью, Дункан толком никогда не задумывался о том, что будет потом, когда его глаза закроются в последний раз, и не станет ничего, кроме всепоглощающей тьмы. И вообще, существует ли это "потом"? Он знал, многие верили в то, что смерть - это всего лишь начало какого-то нового пути, но, глядя на умерших - захлебнувшихся собственной кровью; не вынесших боли; с лицами, черты которых смерть исказила до неузнаваемости, Айдахо не верил в то, что это может быть каким-то началом. Или вечным покоем. Нет, смерть была смертью, и это было единственным в мире, что не могли изменить даже самые могущественные правители.
Тем не менее, он был готов. Просто потому, что своей жизнью он был обязан Атрейдесам, следовательно, после их гибели и его жизнь должна была оборваться. Это было просто, понятно и потому успокаивало. Дункан безумно устал - не столько от бойни, сколько от тяжёлого и выматывающего разговора с Фейдом, которого никак не мог ожидать. Он стоял, прямо глядя в лицо на-барону, вот только видел перед собой не его и даже не вечные пески Арракиса, но ветреный и прохладный Каладан. Не очень-то это плохо - погибнуть, исполнив свой долг и вспоминая места своей юности, подумал Дункан.

Он был готов к смерти - но не к тому, что сказал Фейд-Раута. Вернее к тому, как тот это сказал. На-барон просил, просил, возможно, в первый и последний раз в жизни, и резона врать ему не было - по крайней мере Айдахо так считал, и ему даже стало смешно - Харконнену - и нет резона врать. Но Айдахо стоял перед Фейд-Раутой, и у Фейда в руках был крис, которым он мог убить быстро и безболезненно, или долго и мучительно, но убить.
Если на секунду допустить, что Фейд-Раута сдержит своё слово, Дункан мог бы однажды вернуться на Каладан, в замок Атрейдесов, пока его не разрушили окончательно, пока он не стерт с лица земли, как его хозяева, пока он ещё хранит память о тех, кто умел быть честным и благородным до конца. Только ради этого можно было рискнуть.
Дункан покачал головой.
- Я всё равно никогда не переиграю тебя в этой игре, Харконнен. Никогда не пойму, сколько скрытых смыслов за твоими словами. Остаётся лишь посмотреть, что эти слова значат на самом деле. И я посмотрю.
Он был готов к смерти. Но иногда жизнь всё же оказывается сильнее.

Свернутый текст

ООС так ООС, i like it! хД

Отредактировано Erik Lensherr (2015-10-11 02:57:54)

+2

20

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kz18q.jpg[/AVA]Молчание оружейного мастера затягивалось, и с каждой уходящей секундой Фейду все сильней казалось, что пора решать, куда бить. Это иллюзорное ощущение, будто он стоит перед жерлом вулкана, или обнимает за шею огромного тигра - оно ушло, как будто вот здесь и сейчас Дункан не стоял перед ним с прямой спиной, но давно опустился на колени.
От смирения перед смертью почти тошнило.
Наверное, было бы даже интересней, если бы Айдахо сейчас перехватил крис за рукоять, и одним выпадом попытался ударить первым. Фейд-Раута только смутно видел клинок, который мужчина все еще держал в ладони - в конце концов, на-барон сам не хотел его забирать. Но никакой угрозы уже не ощущалось. Если в первый момент, когда они вошли в эту комнатушку, у Фейда в крови еще играло чувство опасности, то сейчас оно притупилось, потому что... Он сам не понимал до конца, почему - зачем Дункан смирился, зачем отказывался так отчаянно. Глупая слепая верность... Фейд хотел бы забрать ее себе, всю, без остатка, хотя бы потому, что у него самого никогда не было такого человека. И, наверное, никогда не будет. Не та порода...
И пока Дункан Айдахо молчал, молодой на-барон смотрел в его лицо, даже по взгляду, по какой-то смутной тени в его чертах понимая, что оружейный мастер не здесь. Что он где-то далеко.
Что он откажется. Наверняка откажется.
Поэтому, когда мужчина подал голос, Фейд-Раута не поверил своим ушам. Это отразилось только во взгляде - ставшем мгновенно ищущим и напряженным. На-барон застыл, вдумываясь в сказанное Дунканом, в первые мгновения не понимая смысла его слов. А потом совершенно неожиданно улыбнулся. Не привычной, фирменно-кривой улыбкой Харконненов, не снисходительно, и не победоносно. Если бы он не помнил, кто он, где он, и каких цветов китель валялся сейчас в рыжем песке Арракиса, на полу Экологической Станции, Фейд переспросил бы: "Правда?"
Но Харконнен не мог сомневаться. Харконнен мог только брать, владеть и порабощать. Поэтому не было здесь места дурацкой подростковой радости от удовлетворения просьбы. Краткая, очень откровенная вспышка этой радости была беспощадно подавлена почти мгновенно - по привычке ли, или из-за воспитания, или потому, что Фейд не хотел окончательно потерять лицо - не так была важна причина...
Ему просто приятно было знать, что он отличается от тупого, твердолобого Раббана; что он мыслит иначе, чем властолюбивый, лицемерный Владимир. Фейд был определенно из породы Харконненов, у него этого было не отнять - больше всего в нем было сейчас от злорадства. Раббан будет в ярости, он удавится от злости. Если узнает. Но ни Раббан, ни Владимир не должны ничего знать до тех пор, пока на-барон не возьмет от Дункана все, что тот будет готов ему отдать. А как-нибудь потом, в самом конце, Фейд выйдет с Айдахо, чтоб "нежно любимые родственники" поняли, насколько они его недооценивали.
Пусть у дядюшки будет его Туфир Хават. Пусть. Фейду не жалко, потому что у него будет Дункан Айдахо.
- Хорошо. - Это было всем одновременно - и подтверждением обещания, и одобрением, и облегчением в том числе.
Фейд-Рауте не нужно было больше ничего решать. Потому что эта верность могла принадлежать ему какое-то время. Он мог владеть ею, греться в ней, обманывая себя в том, что не обменял ее на обещание сохранить жизнь.
В тот момент он еще не задумывался о том, что будет делать, и как будет себя ощущать, когда эту верность придется отпустить.
- Тогда тебе придется мне довериться. - Фейд выпустил из опущенной руки свой крис, одновременно с этим забирая клинок из ладони Дункана. Для того, чтоб заметить движение пальцев, разворачивающих кольцо на безымянном, нужно было бы смотреть на левую кисть, но не на правую, подхватывающую затертую рукоять оружия. В нем для на-барона больше не было никакой необходимости, и он уронил второй крис в песок - тоже, как только чужие пальцы отпустили лезвие.
У Фейд-Рауты нет времени на то, чтоб позволить сомневаться, поэтому его движения - мягкие и плавные, будто вкрадчивые в самом начале, становятся стремительней. Айдахо не может слышать щелчка механизма, когда из кольца-печатки выходит игла, он только может ощутить саднящую боль, когда она проходит по коже, раня, оставляя царапину и пуская в кровь яд-паралитик - Фейд обнимал его левой ладонью за шею, над воротом рубахи.
На-барон не дал Дункану упасть, подхватил, удержал, помог опуститься на подгибающихся коленях. Остался рядом.
И последним, что услышал оружейный мастер, прежде чем его сознание окончательно поглотила обморочная тьма, был оклик Фейд-Рауты, обращенный в коридор:
- Лейтенант!.. Подойдите. - Привычно властный и холодный. Каким и положено быть приказу Харконнена.

+1


Вы здесь » CROSSGATE » - потаенные воспоминания » Just nod your head and give up


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC